Фото: chechenfilm.ru

Начальник государственного управления по кинематографии министерства культуры Чеченской республики Беслан Терекбаев рассказал о «кухне» чеченского кинопроизводства, амбициозных планах по его развитию, а также о своем видении нашего кино.

— Беслан, расскажите о реализуемых Вами на данный момент проектах.

— Мы сняли полнометражную фантастическую комедию, которую можно назвать большим скетчем. Легкий фильм, его можно смотреть в кругу семьи, с детьми. Монтаж фильма уже идет, думаю, через полмесяца мы его уже выпустим. Также с первого марта начали съемки полнометражного художественного фильма «Столкновение». Это большой проект в жанре «боевик, драма». Там и русские актеры снимаются, съемки проходят в Чечне, Дагестане, в Москве. Этот проект мы планируем запустить в прокат по кинотеатрам. Как минимум, есть несколько компаний, готовых взяться за него, если конечный продукт им понравится. Я думаю, именно так и будет. Снимает фильм кинокомпания «Чеченфильм» при поддержке государственного управления по кинематографии министерства культуры Чеченской республики, начальником которого я и являюсь.

— Какая форма сотрудничества происходит между Госуправлением по кинематографии и кинокомпанией «Чеченфильм»?

— Генеральным директором кинокомпании «Чеченфильм» является мой родной брат Магомед Терекбаев. Вся база, которая есть у нас: оборудование, техника, звукозаписывающая студия, монтажная — на «Чеченфильме». У Госуправления нет своей базы, поскольку наша функция заключается в помощи киностудиям. А «Чеченфильм» — единственная киностудия, действующая на Северном Кавказе, имеющая свою реальную базу, и не простое оборудование, а кинокамеры Red, на которые сняты ленты мирового масштаба, такие как «Сталинград» Бондарчука, «Пираты Карибского моря», «Великий Гэтсби», «Хоббит», «Человек-Паук». Здесь уже виден уровень. В прошлом году мы на эти камеры снимали фильм для «Первого канала». И есть еще фонд поддержки чеченского кинематографа «Достоинство», который тоже осуществляет помощь. Происходит такое благополучное государственно-частное партнерство.

Мы объединили три организации в единую хартию, они сотрудничают, иначе мы бы не смогли ничего сделать. Потому что у Госуправления нет производственной базы, у «Чеченфильма» без государственной поддержки нет ресурса. Денег нам не выделяют, все делается за счет привлечения частных инвестиций, как нам и советует глава республики Рамзан Кадыров — во время кризиса привлекать частные инвестиции.

Не всегда гладко, но движение идет — еще только начало года, а мы уже сняли полнометражный фильм и начали второй проект. За прошедшие два месяца этого года кинокомпания «Чеченфильм» при поддержке Госпуравления по кинематографии выиграла два гранта Фонда кино России — на переоборудование двух кинотеатров в современные кинопроекторы —3D и премьерное кино. В этом месяце было открытие кинотеатра в Шали. А в мае откроется еще один, в Гудермесе. Все это происходит при личном участии и контроле министра культуры Хож-Бауди Дааева. До сих пор у нас не было своего здания. Оборудование мы купили, людей вовлекли. Но арендовали офисы за свой счет, а на помещение для коллектива в 50-60 человек уходили значительные затраты. А здесь нам выделили трехэтажное здание, два гектара земли. Работая здесь, мы чувствуем себя уверенно. И все это, конечно, произошло благодаря Рамзану Ахматовичу, который и утвердил меня на нынешнюю должность. В этом году есть большие предпосылки, что нам выделят бюджет на производство нескольких фильмов, а именно — министерство культуры России, Фонд кино России, при непосредственном участии Хож-Бауди Дааева.

Мы намерены до конца этого года, года кино, еще в 10 районах республики открыть премьерные кинотеатры. Премьерный кинотеатр — это когда у нас одновременно с другими кинозалами России будут проходить премьеры фильмов. Это будет большим достижением. Всего в республике было два кинотеатра, в Урус-Мартане мы открывали кинотеатр в прошлом году, сейчас он по техническим причинам закрыт, но откроется повторно летом. Это способствует развитию кинематографа в целом. Нам дали это учреждение, дали административный ресурс, мы можем снимать, где хотим, и что мы хотим, и бесплатно. Это огромная поддержка, в Москве такого нет. Рамзан Ахматович дал нам разрешение снимать любые территории республики. Кроме того, у нас запланирован еще один фильм до конца года: мы продолжим в апреле съемки «Деган аз» — сериала, который пришлось закрыть в связи с причинами, не зависящими от нас.

Также я привлек в республику специалистов, вместе с которыми мы открыли киношколу «Шаг». С нового года она заработала по-новому, мы уже получили лицензию на образование, поддержку оказало министерство образования и науки республики. И в этом году мы открыли еще несколько специальностей. Раньше преподавалось только актерское мастерство, сейчас мы ввели курсы режиссуры, продюсирования, готовим художников-постановщиков, гримеров, операторов. То есть специалистов, задействованных на всех этапах кинопроизводства, чтобы потом они с нами работали. В фильме «Столкновение» у нас задействованы только чеченские специалисты, кроме одного — режиссера Ислама Ханипаева, с которым мы совместно написали сценарий. Его мы пригласили из Дагестана, потому что половина съемок проходит именно там.

— В чем на данный момент чеченский кинематограф нуждается больше всего?

— В финансах. Все остальное у нас есть. Есть база, есть киношкола, есть административный ресурс. Если хотя бы 30 млн в год нам выделяли бы на производство, тогда мы снимали бы свободно. А сейчас нам нужно привлекать инвесторов, а это, в основном, коммерческие компании, фабрики, торговые базы. Им не нужны социальные фильмы, им нужен продукт, моментально притягивающий зрителя, чтобы реклама привлекла максимум внимания.

Если оператору не платить хотя бы тысячу рублей в день, он не станет работать. В Москве операторы получают 15 тыс. в день. А если одному человеку выплачивать 30 тыс. в месяц, то это нужно умножить на количество людей в съемочной бригаде, которых, минимум, бывает 20-25. Но даже, несмотря на это, по сравнению с московскими масштабами, наши команды в три-четыре раза меньше. Я просто научил их всему. У меня оператор может свет поставить, он может, грубо говоря, загримировать человека. Все выучили разные профессии, чтобы команда была мобильной. Эти 20-25 человек у меня готовы снимать любое кино. А в Москве нужно привлекать до 100-120 человек. Поэтому у них уходят десятки миллионов. А мы можем снять за 1 млн кино, которое они снимут за 50-60 млн. Но для нас и этот миллион — хорошие деньги, и приходится снимать то, на что инвесторы готовы выделить средства. А то, что хотелось бы — хорошее авторское кино, которое пошло бы по фестивалям мира, я снять не могу.

Однако именно благодаря ограниченности финансовых вложений, наши проекты смогут зарабатывать, в отличие от московских. Сейчас они фильмы снимают за 10 млн долларов из господдержки, а это уже 800 млн рублей. Невозможно в прокате России заработать такие деньги. У нас своя система кино — единственная, которая будет жить в России, развиваться. Компания «Базелевс» Тимура Бекмамбетова — единственная из крупных в России, зарабатывающая реальные деньги.

— Из тех работ, которые уже созданы, какая Вам кажется наиболее удачной, и какая — наименее?

— Я никогда не доволен своими работами. Неудачными тоже назвать нельзя, мы учились, на каждом проекте мы двигались вперед, мы обучали молодежь, давали шанс людям, которые никогда не верили, что в Чечне возможен кинематограф. Поэтому неудачных нет ни одного, все выполняли в процессе съемок свои миссии. Вот последний, «Деган аз», высоко оценили эксперты. «Столкновение» будет лучше. Следующий проект будет еще лучше. Мы уже сейчас делаем кино не просто чеченского или кавказского уровня, это общероссийский уровень, это кино, которое можно смотреть в кинотеатрах.

— Какие жанры Вам кажутся наиболее предпочтительными для чеченского кино?

— Я готовлю исторический фильм. В этом году закончим сценарий, в следующем, даст Бог, будем снимать. Для чеченцев я вижу только жанр исторического кино, драму, фильмы в жанре реализма — не фантастические. А именно для исторического кино у нас есть огромный пласт, только на этом жанре мы можем «загреметь» на весь мир. Если перечислить, то короткометражное кино, историческое, социальное, духовно-нравственное кино — все то, что мы можем делать на отлично.

— И в конце расскажите о Ваших планах, а также о том, каким Вы видите чеченский кинематограф в ближайшем будущем.

— Планы огромные. Хотим в этом году еще три фильма снять. Также планируем открыть филиалы нашей киношколы в других городах. К нам сейчас приезжают учиться из Ижевска, Москвы, Нижнего Новгорода, из Ростова. С Волгограда уже записались русские студенты, которые хотят приехать сюда, потому что в Москве обучение очень дорогое. А здесь им нужно платить лишь 10 тыс. рублей в месяц за актерские курсы, режиссерские — 25 тыс. в месяц и т. д. Курс трехмесячный. То есть мы не делаем эти курсы для большого заработка, эти деньги у нас уходят чисто на преподавателей. Мы из студентов готовим потенциальных специалистов для себя. Я хочу создать три команды, которые автономно друг от друга смогут снимать кино. Эта схема должна заработать. Снимать кино — дорогое удовольствие. Чтобы с Red-камерой механик, оператор и ассистент вышли на съемки — смена стоит минимум 40 тыс. А таких смен две. Даже просто за аренду объектива для съемочного дня берут больше 4 тыс. У нас нет больших бюджетов, но мы можем снимать кино.

Мы развиваемся с каждым нашим проектом — это главное. В мире появится феномен чеченского кино. Как сейчас говорят об индийском кино, европейском, американском, русском, так же будут говорить о чеченском. Если все пойдет хорошо, нам для этого понадобится лет пять-десять.

Башир Виситаев